четверг, 30 апреля 2015 г.

Суть а-Дхармы

Суть а-Дхармы - логично что противоположна тому, что описано в прошлом блоге :-)
Как иллюстрация проявления оной...Поразило, как намедни одна 'матаджи' [которая якобы является вайшнави] ничтоже сумняшеся на фейсбуке публично обращается к другой: "Mataji, u told that u know one very good tantric black magician. Can u give me his details? And can u tell me what services did he do to u? Separating some couple or killing someone? I need it urgently please"

Как говорил Шри Никунджа Гопал Госвами: "Устраивались различные черномагические ритуалы против меня, это было проблемой. Люди становятся завистливыми, если ты достигаешь успеха в садхане. Всё о чем я говорил, противоречило их эгоистичным мотивам, поэтому они становились моими врагами. Но я не могу замалчивать об Истине, просто для того, чтобы угодить им. Из-за этого я не желаю больше находиться здесь. Презренный материальный мир - в нем нет места для садху". 

т.е. именно из-за таких людей, как та 'матаджи', [которая ради потакания своим низким желаниям не гнушаются идти на любые методы] и которых сейчас так много на планете,  Баба так рано и ушел. :-(
Абхичара [черная магия], у которой есть 6 основных анг: 1) шантикарана(умиротворение), 2) вашикарана (подчинение), 3) стамбхана (нейтрализация), 4) видвешана (вызывание вражды) 5) уччхатана (изгнание) 6) марана (умерщвление)  - может принести благо только в том случае, если обряд провести с целью уничтожить внутренних врагов - т.е. если бы та матаджи пошла к этому абхичарину и заявила: "устрой обряд чтобы Кали/Тара/Чамунда уничтожила мою гордость, зависть, похоть и т.д.  и я смогла всем сердцем погрузиться в поклонение Радха-Кришне". И если она после этого обряда выживет и останется в здравом уме, то это может дать неплохие плоды :-) 
Но, очевидно, что та женщина не с такой мотивацией разыскивает абхичарина, поэтому это служит явным показателем что "что-то пошло не так". Факт желания соприкосновения с подобными вещами зачастую означает, что человеком движут какие-то самые-самые низкие страсти и также показывает полное отсутствие шаранагатам, и так называемое "счастье", которое будет получено благодаря таким поступкам, вводит душу в иллюзию и вначале, и впоследствии -   yadagre cānubandhe ca sukhaṃ mohanamātmanaḥ [БГ 18.39]

.

Суть Дхармы




Духовная сила у человека прямо зависит от того, насколько у человека проявлена решимость и уверенность в то, что Господь исполнит его мольбы и всегда будет рядом с ним, защищая и опекая его; что все материальные и духовные потребности будут удовлетворены благодаря тотальному шаранагатам. Причем шаранагатам в том контексте, как описано в последнем параграфе блога. 


Биджой Кришна Госвами: Я слышал историю, вероятно многие другие знают про неё. Однажды один город в Европе страдал из-за засухи. Видя страдания людей, религиозные люди хотели помолиться Господу чтобы начался дождь и отправились к церкви одной ночью. Вместе с ними был мальчик. Каждый увидел, что мальчик несёт с собой зонтик. Из любопытства, кто-то спросил мальчика: «Эй, никто не несет с собой зонт, почему взял его во время периода засухи ночью?» Мальчик ответил: «Но вы же все будете молиться чтобы начался дождь. Если я не возьму с собой зонтик, тогда как я смогу вернуться домой если начнется дождь?» Все были удивлены тому, какую веру мальчик имел в молитвы. Когда все достигли церкви, священник должным образом совершил молитвы. С большой внимательностью все молились. Мальчик также молился, с великой искренностью. Потом, когда все вышли, начали собираться тучи и буквально сразу же начался проливной ливень. Мальчик сказал: «Видите, люди не брали с собой зонты. Вы бы могли легко вернуться домой если бы сделали также как и я».
Если у нас есть истинная уверенность, что благодаря преданию Верховному Господу, все наши страдания исчезнут, молитвы исполнятся, тогда мы также достигнем состояния этого мальчика. Сутью Дхармы является вот эта вера и решимость. Достичь Дхармы невозможно через логику и доводы. Ребенок требует от матери совершенно иррационально: «Мать, дай мне это». У ребенка нет логики, нет доводов, но у него есть вот эта непоколебимая вера, что он получит то, что он требует от своей матери. Поэтому он плачет когда голоден. Таким же образом, молитва не происходит благодаря логике и доводам – они возникают спонтанно из сердца когда есть вера, что мы сможем получить то, что мы хотим. 

--------------------
Из воспоминаний Парджаньи даса: 


Однажды ко мне приехали из Москвы КГБэшники. И местные, естественно, тоже прибыли. Человек пятнадцать их было всего. Они начали меня уговаривать поменять образ жизни. Особенно отличился главный врач. У него на пальце был большой перстень, а на руке - огромные часы «сэйко», они тогда очень модными считались, это была «крутизна несусветная». Так же считалось, что «болт» (перстень) на пальце - это круто. Врач принялся мне объяснять, как надо хорошо жить, что у него в отделении есть много симпатичных девочек. Можно отлично с ними погулять. Невероятно гадливые предложения поступали с его стороны. Я тогда очень сильно разозлился. Помню, сказал, что если бы была моя воля, я бы больше трех дней не позволил им топтать эту землю. На следующий день у врача случился обширный инфаркт, и он умер, хотя для этого не было никаких предпосылок. Все, кто слышал наш разговор, были в ужасе, ко мне боялись подходить.
Молва - вещь серьезная и действенная. Эта история обросла подробностями, передавалась из уст в уста. И вся огромная больница знала, что в восьмом отделении какой-то боговерующий сидит, и к нему нужно относиться с должным почтением, иначе Бог накажет.
После сего случая началось ко мне паломничество. Из деревни Владимировки пришел председатель сельсовета. У них была очень сильная засуха. Менты пропустили его ко мне. Он приходит и говорит:
- Сынок, у нас засуха. Священник сказал, заколоть барана, заколоть быка. Закололи, еще кто-то что-то пожертвовал, но ни дождинки не пролилось с неба.
А я спросил:
- Зачем убивали животных? Богу это неугодно.
— Ты, — говорит, — научи нас, что мы можем сделать, чтоб дождь пошел. Ну что я тогда знал? Вынужден был на ходу придумывать рецепты. И я
придумал:
— Найди несколько человек верующих.
- Я верующий человек, вот, перекрещусь, — сказал он и перекрестился. Я ему:
— Найди трех верующих человек, и пусть они всю ночь проведут в молитве и в посте, без еды и питья. А завтра раздайте 108-ми нуждающимся людям по хорошей буханке хлеба и литру молока. Хватит тебя на это?
- А если я больше дам?
— Сколько сможешь, столько и отдай. Сколько найдешь обездоленных, стольким и отдай, и дождь будет, я тебе это обещаю, — уверил его я.
Ничего не предвещало дождя, но Кришна вмешался, и дождь полил. Дня три был ливень, который мог смыть почву. Небо было мрачное, люди уже забыли, как выглядит солнце, постоянно стояла пасмурная погода.

--------------------


Парджанья дас
После того, как я вышел из карцера, ко мне приехали и «посадили меня на иглу». Очень серьезные дозы были, 35 кубов и четыре точки сульфазина любого уничтожить могут. И Кришна устроил так, что эта дрянь через слюнные железы стала выделяться, и лекарство не задерживалось в организме. Получилось подобие отравления. Организм не принимал, а отторгал «лечение». Принимать это лекарство и быть на ногах фактически никто не может, потому что тело становится беспомощным, в организме давление держится где-то 50 на 30. Можно легко себе представить, что это такое. Но в таких сложных ситуациях Господь проявляется особенно. Уже через день я мог ходить и даже стирал свои простыни. Это очень удивляло людей. Когда я совсем ослаб, то подумал, зачем мне вот так, среди этой вони погибать? Лучше пойду хоть свежего воздуха глотну. И одного сокамерника попросил:
- Стучи в железную дверь.
Дождь лил в тот день как из ведра, небо было затянуто совершенно непроглядной мглой, ни одного лучика не видно. Я надзирателю говорю:
- Мне надо выйти.
- Да ты что, с ума сошел? Я говорю:
- Слушай, у меня есть право на прогулку, я должен выйти.
- Ты же там умрешь.
- Какая мне разница, где я это сделаю, здесь или там. Там хоть свежий
воздух.
И он, насмехаясь, открыл дверь и говорит:
- Ну, иди.
Когда Coco услышал, что я выхожу, то принялся надзирателя материть, на чем свет стоит:
- Давай выпускай и меня тоже, собака, иначе на волю выйду, зарежу. Его слов все боялись, видели, на что он способен.
Мы вдвоем вышли. И тут Кришна такое устроил! Представьте себе: черное небо, и вдруг на нем появился такой ярко-желтый квадрат, а оттуда луч, прямо на то место, где мы гуляли. Вода стала испаряться под воздействием тепла так, что пар стоял. Кусок неба открылся, солнце светит, а вокруг ограды дождь продолжает лить. Coco был готов к тому, что Бог может как-то проявить себя, но что вот так?! Даже он не ожидал. Тогда он встал на колени, перекрестился и поблагодарил Господа:
- Спасибо. Я этого никогда не забуду.
В это время в каждом окошке выглядывало по три-четыре «рожи». Там были начальники и охранники с вахты. Они смотрели то на небо, то на нас с Coco, а мы медленно ходили в светящемся круге. Друг меня под руку поддерживал, а я тихонько передвигался. Потом я говорю:
- Я пить хочу, Coco. Пойдем, там, в углу, фонтанчик был.
- Там уже две недели воды нет, ответил Coco.
- Пойдем, если Кришне будет угодно, то вода будет.
И когда мы подошли, забил фонтан, мы вдвоем попили, и вода снова ушла. Надо было видеть лица людей, которые смотрели на нас в окна...
 ...Кришна — это личность. Он выполняет обещания, Он любит нас. Наша задача допустить Господа в нашу жизнь. Вот и все.
Я никогда не ощущал себя «вагоном». Я - маленький «паровоз», то есть могу какую-то часть ответственности брать на себя и идти дальше. Почему многие не обрели стержня? Видимо, они были по жизни «вагонами». Их надо было все время тащить, поощрять, всегда что-то им давать. Духовный Учитель приходит как «локомотив» и цепляет весь груз на себя. Но некоторые «вагончики» потом обретают «маленький двигатель», становятся «паровозиками» и помогают духовному учителю. Это самые лучшие преданные.

среда, 29 апреля 2015 г.

Хариболананда Тхакур


Кали Ма в Калигхате
 (Из 'Святых Бенгалии'):

Это случилось к концу 19 столетия: люди увидели любопытную сцену, развёрнутую Бабой на
переполненном рынке Чауранги в Калькутте. Баба в шляпе из банановых листьев, выброшенных после принятия прасада Джаганнатхи, и раковиной в руке прогуливался от лавки к лавке, издавая трубные звуки и восклицая: «Харибол! Харибол!» Он хватал за стопы каждого встречного и кричал: «Харибол! Харибол!» — не отпуская его до тех пор, пока тот не повторял за ним следом: «Харибол!» Вдруг ему на глаза случайно попался сахиб (англичанин), и он также вцепился в его стопы, крича: «Харибол! Харибол!» Сахиб ругался и ошинывался, но Баба мертвой хваткой впился в его обувь и вопил: «Харибол! Харибол!» Ангичанин подумал, что на него напал сумасшедший и обрушился на безумца ударами трости. Но даже тогда Баба не отпустил его и заголосил во всё горло: «Харибол! Харибол!» Вокруг собралась толпа. И в какой-то момент какой-то бенгалец, понимающий английский, подбежал к сахибу и сказал: «Сэр! Этот человек не сумасшедший и не попрошайка. Ему от Вас ничего не нужно. Он святой. Он только хочет, чтобы Вы произнесли имя Господа. Скажите «Харибол» и он отпустит Вас». Тогда сахиб попросил у бенгальца извинение и произнёс: «Харибол!» И радостная толпа всколыхнулась вслед: «Харибол! Харибол!» Баба затрубил в свою раковину, как будто провозгласил свою победу над англичанином, и удалился, продолжая восклицать: «Харибол! Харибол!»
...Бабу некогда звали Навиначандра Бхаттачарья. У него была семья. Он работал учителем в школе. Прожив сорок лет примерным семьянином, он осознал тщетность мирской жизни и решил от неё отречься. Но он не знал, куда ему податься и что делать, чтобы достичь постоянного покоя и счастья. В крайнем отчаянье он прибежал в храм Кали Ма на Калигхате в Калькутте.
Несчастный пролежал перед храмом несколько дней без еды и питья в надежде, что богиня подскажет ему путь избавления от страданий. В конце концов, Кали Ма сказала ему во сне, чтобы он отправлялся пешком в паломничество по всем тиртхам.
Повинуясь её воле, он пошёл на своих двоих, без денег и поддержки от кого-либо по всем святым местам, иногда прося бхикшу, а иногда обходясь без еды. Паломничество заняло несколько лет, и путнику пришлось пройти через многие трудности и испытания. Однако он не нашёл нигде покоя. Тогда он снова пришёл к Кали Ма и слезами выразил своё горе. На этот раз богиня удостоила его своим личным даршаном и провозгласила: «Мой сын! В этот век Кали только одна Харинама несёт в себе истину и способность вознаградить плодами. Это единственное средство достичь Господа. Всегда повторяй нама-мантру «Харибол» и падай перед стопами каждого встречного, прося его повторять «Харибол».
С тех пор он каждый день ходил от своего дома до Багхбазара на Калидахе, чтобы получить даршан Кали Ма, и просил прохожих, обеими руками хватая их стопы, сказать «Харибол». Поэтому горожане стали звать его Хариболанандана Тхакур. Посредством беспрерывного повторения «Харибол» тело, ум и душа Хариболананданы Тхакура стали едины с «Харибол». Он часто говорил людям: «Возьмите меня в джунгли и отрежьте мою голову. Но вы всё равно услышите, как в моём сердце звучит «Харибол»...

...Хариболанандана Тхакур очень сильно любил Рамадаса Бабаджи Махараджа. Об этом свидетельствует тот факт, что сразу после оставления своего тела он появился в коттедже Сил в Калутоле, где жил Рамадас Бабаджи. Во дворе он увидел Адвайта Даса Бабаджи и спросил его: «Где Рамадас?» Адвайта ответил: «Он внутри. Я только что собирался его позвать». Как только Адвайта вошёл в дом, Хариболанандана Тхакур исчез. Когда Рамадас Бабаджи вышел, то, не увидев его, заплакал. Он понял, что Тхакур оставил тело и появился, чтобы дать ему об этом знать...

----------------
Поэтому он является одним из 12 сиддха-махатм, которые являются связанными с Рамдасом Бабаджи и на каждой махотсаве, связанной с Бабаджи, им служат, поскольку он получил особую крипу от каждого из них.

К сожалению, непонятно где конкретно изображение Хариболананды Тхакура :-(


Из тех наставлений, которые давал Тхакур, у меня больше всего срезонировало вот это: "Нет лучше ашрама, чем грихастха-ашрам. Хорошо быть семьянином и делать бхаджан скрытно. Манго, спрятанное в листве, созревает, а плоды, которые у всех на виду, клюют птицы, и они портятся".

понедельник, 27 апреля 2015 г.

Нельзя судить по внешним поступкам


(Из 'Шри-Шри Садгуру Санги'):

После того, как некоторые духовные братья спросили касательно правильности и неправильности поступков у людей, Тхакур сказал: "Те люди, которые развили видение, которое позволяет видеть то, что происходит в сердце у человека, не придают особого значения внешней деятельности у людей. Они смотрят прямо в сердце. Это в действительности очень сложно понять: какая деятельность принесет благо какому-то определенному человеку. Многие больные люди были вылечены от серьезных болезней даже после того, как принимали, казалось бы, неподходящие лекарства. Может быть так, что люди получают великое благо от тех поступков, который обычно считаются отвратительными. Очень сложно предвидеть эффекты всех поступков. Поэтому человек просто должен быть устойчивым на своём пути и оставаться пассивным наблюдателем поступков других. Находить ошибки в других - это, несомненно, принесет вред".

---------------

Яркий пример для меня - это капалики и агхорики [которые де-факто являются капаликами поскольку Баба Кинарам в Средние Века реконструировал капаликов, которые к тому моменту уже выродились]. Суть их внешне отвратительной деятельности в том, чтобы в максимально короткие сроки развить подлинное духовное видение; эта деятельность  позволяет двигаться на огромной скорости, чтобы отбросить все материальные обусловленности и преодолеть препятствия дуализма, такие как привязанность и отвращение, хорошее и плохое, бесславие и слава, голод и пресыщение, жара и холод и тд. Для этого они живут в неблагоприятных обстоятельствах, принимая несвежую или неприятную пищу, и совершают пугающую деятельность. Двойственность материального мира исчезает за короткое время. И после этого короткого периода хардкорной садханы которая совершается под руководством Гуру, они снова возвращаются к относительно саттвичной жизни.
Однако такая деятельность должна быть смирением себя и иметь в качестве цели достижение Духовной Реализации - а не быть потаканием своим низменным инстинктам.  В капалики изначально  принимали только чистых готровых брахманов. Для них это было действительно величайшим вызовом и разрушением всего того материального фундамента, на котором они жили до этого.
Сейчас же есть много сумасшедших россиян, которые называют себя агхориками и считают, что благодаря пафосному поведению,  принятию  алкоголя, курению марихуаны на шмашане и т.д. [чем они и так активно занимались до того, как заинтересовались духовностью] они смогут чего-то достичь. В результате они достигают того, что окончательно спиваются или попадают в дурдом.
Как видите, одна и та же внешняя деятельность может дать диаметрально противоположные плоды. Поэтому Биджой Кришна Госвами, который сам пересекался с агхориками и признавал их как величайших святых, и говорит, что не нужно судить людей просто по внешним поступкам.

Мишра Бхакти


бхакта: Прабху говорит что он поклоняется гаруда Нараяна шалиграму и Кришна послал машину 

damodardas: Как говорит Рупа Госвами в 'Бхакти-расамрита-синдху' 1.2.259: 

dhana-śiṣyādibhir dvārair yā bhaktir upapādyate |
vidūratvād uttamatā-hānyā tasyāś ca nāṅgatā || 


"Бхакти, которое совершается с зависимостью от богатства, последователей и т.д. не может считаться ангой уттама-бхакти, поскольку уничтожает чистую природу такого бхакти. Оно находится очень далеко [от уттама бхакти]".  

Поскольку сейчас под личиной духовности и бхакти именно что скрывается коммерция, амбиции да психические отклонения, слова Рупы Госвами заставляют задуматься. Мне кажется, что мишра бхакти будет продуктивным только в том случае, если у человека есть вот это внутреннее понимание: насколько же он далеко находится от уттама бхакти со своими Гаруда Нараяна шалаграмами и т.д. т.п.и у него есть страстное желание как можно скорее обрести уттама бхакти. Если же такого желания нет, и человек совершенно удовлетворен теми торгово-экономическими отношениями с Богом, которые у него сложились, и считает, что благодаря совершению некоторых неутомительных усилий Бог окажется в конце жизни так благодарен за это, что спасёт и реализует его, то эта канитель будет продолжаться из жизни в жизнь. Кришна говорит Арджуне в Гите 11.54:

bhaktyā tvananyayā śakya ahamevaṃvidho'rjuna |
jñātuṃ draṣṭuṃ ca tatvena praveṣṭuṃ ca paraṃtapa ||  

"Только через ананья-бхакти, безраздельную преданность, о Арджуна, возможно  Меня познать, Созерцать и воистину достичь [Моей обители], о Карающий Врагов!"

т.е. мишра бхакти никогда не приведет к Высшей Цели.

 

воскресенье, 26 апреля 2015 г.

Святые женщины в Гаудия Вайшнавизме

Хотел перевести эту статью Джагадананды даса, да увидел, что это уже сделал Kalki das :-)
Поэтому просто её тут помещу и добавлю иллюстраций.

--------------------

Святые женщины в Гаудия Вайшнавизме



 Традиционных обществ, в которых бы женщины играли доминирующую историческую роль, существует не много. В этом отношении, Гаудия Вайшнавизм ничем не отличается. Эгалитаризм движений бхакти, подчеркивающий универсальность преданности и отрицающий любую непригодность, основанную на рождении, поле или касте, как кажется, оказывал ограниченное влияние на реальные социальные обстоятельства любых этих классов людей. Есть ученые, включая выдающегося бенгальского историка Рамаканту Чакраварти, полагающие, что статус женщины был улучшен в Чайтанья Вайшнавизме, в основном, из-за единственного примера – Джахнави Деви. (*1) Действительно, похоже, что уровень грамотности среди женщин (и мужчин) в кастах Вайшнавов в Бенгалии был несколько выше, чем в других, сравнимых группах, но этому доказательству далеко до безусловного.
Сегодня можно найти нескольких женщин, играющих роль гуру, особенно, возглавляющих других женщин, и есть несколько женщин из Чайтанья Вайшнавов, поющих падавали киртан или проводящих лекции по Вайшнавским текстам. В общем, однако, не смотря на преобладающе количество женщин на большинстве религиозных праздников, роль женщины продолжает оставаться втростепенной и подчиненной мужчине.
Один из вопросов, требующих анализа: имела ли какое-то влияние на положение женщин важность Радхи в Вайшнавском пантеоне и общий вес, придающийся женскому принципу и женским достоинствам в культуре Гаудия Вайшнавов. Многие аналитики-феминистки отмечали, что поклонение богиням не имеет доказанной связи к любым подобным улучшением в обществах, где проводится такое поклонение. Наоборот, в межкультурном исследовании о женщине в религии, сообщается, что: «Довольно часто, само прославление женщины в религиозной системе используется, как оправдание для социальной и политической диффамации женщин. Различные идеологические определения и восприятия мужчин и женщин углубляют отделение и изоляцию женщин. Редко это работает на пользу женщинам. Даже когда женщины видятся, как духовные личности, как было в культе истинной женственности девятнадцатого века, выражение такой духовности считалось наилучшим образом проявляющимся в уединении домашнего мира». (*2)
Можно сказать, что в своих истоках традиция Гаудия Чайтаньи – не исключение из этого правила. Не смотря на возвышенное место, которое она отводит женскому божеству, Радхе, и женским достоинствам, секта последователей Чайтаньи, по крайней мере в том видении ее, которое представлено Госвами Вриндавана и их последователями, с сильным подчеркиванием аскетизма, как кажется, следовала пураническим традициям относительно женщин, таким, какие можно найти в Бхагаватам, с множеством ее определенно мизогинических высказываний.
Несмотря на это, более близкое изучение Чайтанья Чаритамриты показывает, что хотя женщины ясно ограничиваются традиционно женскими ролями жен и матерей, свыше этого там нет или очень мало явной мизогинии. Сильное сосредоточение на отречении от сексуальности и опасностях общения с женщинами во время выполнения духовных практик не обязательно предписывает явную или преднамеренную ненависть или диффамацию женщин, хотя оно не может быть особенно полезным [в отношении женщин].
Случай с младшим Харидасом, описанный Кришна Дасом Кавираджем в Чайтанья Чаритамрите, пожалуй, самый выдающийся пример строгого стандарта сексуальной сегрегации, которую ожидал Чайтанья от своих последователей в отречении. Юный отшельник Харидас был изгнан Чайтаньей за то, что просил милостыню у старой женщины, Мадхави Деви, сестры одного из наиболее близких его спутников, Сикхи Махити. Приверженность Чайтаньи принципу, аскетическому стандарту, не взирая ни на какие смягчающие обстоятельства, подчеркивается Кавираджем, когда он прославляет Мадхави Деви за ее собственные достижения в преданности; он утверждает, что она – член самого внутреннего круга спутников Чайтаньи: половинка в трех с половиной самых достойных восприемниках его милости во всей вселенной. (*3) Даже при этом, Кавирадж представляет себе, что из различных стихов Бхагаваты, которые могут быть выбраны в качестве авторитетного источника для такого строгого стандарта, Чайтанья цитирует БхП 9.19.17, который делает ударение на силе чувств и слабости мужчины, а не на вероломной сексуальности женщин:

«Не следует сидеть в одиночестве со своей матерью, сестрой или дочерью. Чувства настолько сильны, что они могут сбить с толку даже мудрого мужчину».

С другой стороны, то, что Мадхави Деви известна, как только «наполовину достойная», достаточно четко показывает сексуально-политическую позицию, которую занимает Кавирадж и вриндаванская школа Чайтанья Вайшнавизма. Следует, однако, отметить, что Мадхави Деви занимает уникальное положение в биографиях Чайтаньи, как женщина, которая признается за свои личные духовные достижения – не смотря на то, что ни ее преданность, ни ее возраст не могли избавить ее от проклятия быть опасностью для мужчин, желавших освободиться от сексуального желания. (*4)
Другой сравнимый случай находится в той же биографии: описывается, как Чайтанья был эмоционально потрясен, услышав стихи из Гита Говинды, которые пела женщина. Он бежит, чтобы обнять певицу, забыв о ее поле. Только когда его слуга, Говинда Дас, остановил его, он пришел в себя, и осознал важность того, что он собирался сделать. (*5)
Исключение, подтверждающее правило, также описывается Кавираджем. Однажды в свои последние годы, когда Чайтанья был на даршане Джаганнатха посреди толпы, женщина из Ориссы стала ему на спину, пытаясь посмотреть на божество, совершено не понимая неуместности такого поведения. Вместо того, чтобы осудить эту женщину, как желали его собственные ученики, Чайтанья сказал им оставить ее в покое, и дать насладиться видом Господа, сколько захочет ее сердце. Более того, он выразил желание иметь такое же сильное желание, сказав: «О, эта счастливая женщина! Я поклоняюсь ее стопам. Ее милостью, пусть у меня будет такое же сильное желание [увидеть Джаганнатха]». Важно, однако, что Чайтанья не говорит с ней напрямую. (*6)
В общем, однако, было бы ошибкой судить об отношении к женщинам последователей Чайтаньи на основании строгих стандартов поведения, которых придерживались аскеты, следующие примеру Чайтаньи. Средневековые движения бхакти в целом демонстрировали более демократичное отношение к практике религии, давая равные права низшим кастам, неприкасаемым и женщинам. Так, Баларам Дас в своей песне поет о женщинах из уважаемого рода (для которых подобное публичное действие в другой секте могло вызвать анафему), публично танцующих на шествии санкиртаны. (*7) В противоположность выводам Синклер, которые цитировались выше, Донна Вульф, основываясь на опыте общения с современными певицами киртана, такими, как Радхарани, пришла к выводу, что женщины Бенгалии всегда имели относительно более высокий статус, чем где либо еще в Индии, и что этот факт как отражается в существовании культов женских божеств, так и подтверждается им. (*8) В любом случае, женщины, чьи биографии (или легенды о жизни) кратко описываются в этой статье, исключительны: женщины редко исполняли лидирующие роли для большого числа преданных-Гаудий обоих полов.
Несомненно, справедливо то, что женщины в сектах Сахаджия имеют более высокое положение в своих группах (вышеупомянутая Радхарани принадлежит к такой сампрадайе), тогда как ортодоксия соблюдает более консервативное отношение к половым отношениям. Предметом, достойным отдельного исследования, был бы вопрос, связана ли вера Сахаджий во врожденную божественную сексуальность как мужчин, так и женщин, с более высоким статусом женщин, чем в ортодоксии. Каковы бы ни были результаты подобного исследования, однако, я полагаю, что было бы ошибкой приписывать высокое положение и репутацию, достигнутые некоторыми женщинами в ортодоксальном Гаудия Вайшнавизме, широко распространившемуся влиянию доктрин Сахаджий на ортодоксию. В самом деле, женщины из ортодоксальных Гаудия Вайшнавов, чья жизнь описывается в этой статье, возвысились сами, оставаясь верны коренным верованиям сампрадайи, а не путем реформы или революции.
Я разделил этот короткий обзор на три периода, которые для удобства буду называть ранним, средним и современным периодами. Ранний период охватывает тех женщин, которые были современницами Чайтаньи, и чьи истории можно найти в его биографиях; средний – в основном тех, чьи жизни были описаны в историях раннего периода после Чайтаньи, таких, как Бхакти-ратнакара, Према-виласа, Анурага-валли, Мурали-виласа, и т.д. Наконец, под современным периодом я понимаю XIX и XX века. Несмотря на малое количество доступной информации, мой предварительный вывод таков, что статус женщины достиг высшей точки в среднем периоде, когда значительное руководство осуществляла Джахнава Деви и некоторые другие влиятельные женщины.

I. Женщины в жизни Чайтаньи

Несколько женщин, фигурирующих в биографиях Чайтаньи, присутствуют там, как Вайшнавы, практикующие формальные практики преданности. Они – скорее преданные Чайтаньи, а не Кришны, и их высокий статус в иерархии спутников Чайтаньи в первую очередь вызван связью, которую они с ним имели. Они считаются нитья-сиддха, вечными спутниками, низошедшими вмести с ним, чтобы принять участие в его лиле. В последующих переработках жизни Чайтаньи, как мифа или литературы, эти женщины приняли архетипические женские роли, которые в некотором отношении затмевают исторические факты их жизней. Таким образом, анализ описаний, находящихся в биографиях, должен проводиться в категориях индийской поэтики и теории литературы; особенно способом, описываемым Рупой Госвами, который так сильно повлиял на весь образ мыслей Гаудия Вайшнавов.
В иерархии любви, описанной в работах Рупы Госвами по божественной эстетике, категория любви, которую испытывали женщины в жизни Чайтаньи, - это sambandhAnugA; они обладают любовью, которая, хоть и славится, до некоторой степени ниже качеством, так как не нужно было оставлять каких-то материальных отношений, чтобы ее достичь. Жены и мать Чайтаньи – не аскеты по своей социальной роли; скорее, через свои отношения с Чайтаньей, из-за своей природной, человеческой любви к нему, и, конечно, их приверженности идеальной роли матери или жены, их стали почитать преданные Чайтаньи. В ортодоксальном Гаудия Вайшнавизме, где преобладает вриндаванский дух эротической преданности Кришне, очень мало или совсем нет преданности Чайтанье, построенной по образцу любви Шачи, Лакшмиприи и Вишнуприи. (*9)
В противовес этому относительному отсутствию интереса к жизни жен и матери Чайтаньи у части Вайшнавского общества, ориентированного на Вриндаван, люди Бенгалии в целом демонстрировали стойкую привязанность к ним, как главным ашрайям, или «сосудам» эмоций в драматизации его жизни, которая традиционно заканчивается с его отречением, «Нимай-санньяс». В рассказе этой истории в Чайтанья Бхагавате Вриндавана Даса, и, даже больше, во влиятельной традиции Гаура-нагара Васу Гхоша, Лочана Даса, и других, многими способами полусознательно проводятся параллели с рассказом об оставлении Кришной своей семьи и гопи Вриндавана: уход Чайтаньи окончательный; хотя он жив, он потерян навсегда, как сын и возлюбленный. Таким образом, так же как в Матхура Лиле, основная эмоция здесь – разлука, и жалость к тем, кто был ранен уходом объекта любви.
Поэтому основное отличие между этими женщинами, и теми, кто последовал в более поздние периоды, это их сосредоточение на человеческой личности самого Чайтаньи, а не на боге Кришне, и их человеческое чувство любви, а не практика аскетизма и ритуальной преданности.
Джаганнатха Мишра и Шачи Деви
1. Шачи Деви

Сцена драматического ухода Чайтаньи начинается с описания Шачи Деви, как идеальной матери, достойной носительницы инкарнации. Она везде отождествляется с Яшодой и Деваки, соответсвенно, приемной матерью и матерью Кришны. Ее слава подробно описывается в Чайтанья Бхагавате, где говорится, что она – воплощенная преданность, мать вселенной, и т.д. (*10)
Шачи была образованной женщиной, дочерью, женой и матерью ученых, и она демонстрировала свое знание в метафизических аргументах, которые она приводила своему дорогому сыну. Согласно биографам, она имела привилегию несколько раз ощутить доказательство божественного статуса Чайтаньи Вриндаван Дас описывает, как она услышала звук флейты, исходящий из уст ребенка Нимая, и затем ее посетило видение его божественной мощи. (*11) Прямо как в Бхагавате, Шачи не сбивается с чисто материнской привязанности никакими проявлениями божественности со стороны ее сына. Однако, когда он вырос, она была готова принять от него наставления по вопросам религиозной практики, в частности, когда он сказал ей соблюдать пост Экадаши (*12), и когда он сказал принять его метафизические объяснения, когда он утешал ее после смерти его первой жены Лакшмиприи от укуса змеи. (*13)

Довольно важное происшествие описано в Чайтанья Бхагавате, когда Чайтанья, сидя на троне Вишну, как он имел обыкновение делать во время ранних своих экстатических моментов отождествления с богом, резко заявляет, что Шачи не достигла према бхакти, конечной цели практики преданности, и того, ради свободной раздачи чего он низошел на землю. По-видимому, Шачи оскорбила Адвайта Ачарью, и была предупреждена своим сыном, который воспользовался случаем, чтобы показать серьезность оскорбления Вайшнавов. Она опять приняла предупреждение своего сына серьезно, и, согласно Вриндавану Дасу, получила прему, выполнив его наставления и попросив прощения у Адвайты. (*14)
В Чайтанья Чаритамрите описывается, как Шачи делает подношения своему божеству после ухода Чайтаньи в Пури. Вместо того, чтобы медитировать на свое божество Гопала, она думала о том, как она кормила своего собственного сына, Нимая. Затем ей приходили самые реалистичные видения, как он ест эти подношения. Когда она приходила в себя после медитации, она видела, что тарелки, на которых предлагалась пища, пусты, и смущалась, думая, что она заснула, и просто увидела во сне, как пришел ее сын, и что она вообще ничего не предлагала. Думая, что ее чувство реальности было полностью расстроено всепоглощающей погруженностью в чувство разлуки, она возвращалась в кухню, чтобы заново начать готовить. Чайтанья посылал несколько раз ей послания через своих преданных, путешествующих в Набадвип, чтобы заверить ее, что она не сходит с ума, но он действительно приходит в Набадвип, чтобы принять ее подношения. (*15) Кавирадж Госвами следует за Дживой в своем использовании термина AvirbhAva для указания на эти объективные проявления Господа при его физическом отсутствии. Дом Шачи был одним из четырех мест, где случались такие проявления. (*16)

2. Жены Чайтаньи

Первая жена Чайтаньи, Лакшмиприя, умерла молодой, когда он путешествовал в восточную Бенгалию. О ней не говорится ничего, кроме того, что она была преданной женой, которая, выполняя свои домашние обязанности, однажды сама приготовила еду для большой группы монахов, приглашенных на обед в их доме. (* 17) В Гаура Ганоддеша Дипике (стих 45) говорится, что она – воплощение Рукмини.
Второй жене Чайтаньи, Вишнуприи, отводится более важное место в биографиях, так как она стала свидетельницей Его погружения в экстаз. Ее описывают, как опустошенную женщину, беспомощно теряющую своего мужа, все более и более отдававшего себя преданному служению Кришне. До своего замужества она вела примерную жизнь, три раза в день купаясь в Ганге, но, в общем, ее образ не очень хорошо прописан в биографиях Чайтаньи, из-за того, что ей было не более двенадцати-тринадцати лет, когда она вышла замуж. Ее расставание с Ним произошло вскоре после замужества.
Сама свадьба описывается традиционным образом, с использованием гипербол, рассказывающих о пышности церемонии. Центральным событием в ее жизни, был уход Чайтаньи для жизни в отречении. Из всех биографов Чайтаньи только Лочан Дас в Чайтанья Мангале упоминает, что юная пара провела последнюю совместную ночь в одной кровати. (*18)
Есть несколько описаний жизни Вишнуприи в годы, последовавшие за уходом Чайтаньи. Они рисуют картину примерной вдовы, ведущей набожную жизнь, которая ожидалась и все еще обычно ожидается от бенгальских вдов. (*19) Хотя непохоже, чтобы она играла активную руководящую роль в развитии движения преданности, основанного ее мужем, тем не менее, она оставалась иконой и живым местом паломничества в то время. Продолжая жить в одном доме и служить своей свекрови Шачи, она придерживалась высокого стандарта святости, который поражал преданных движения. В Адвайта-пракаше (гл. 21) ученик Чайтаньи Джагадананда описывает Ему ежедневные дела Вишнуприи: она встает рано утром, до рассвета, с Шачи, чтобы искупаться в Ганге, но остается дома целый день, не позволяя ни солнцу, ни луне светить над ней. Преданные никогда не видели ее лица, за исключением времени трапезы, и никогда никто не слышал, как она разговаривает. Она ела остатки трапезы Шачи и проводила все свое время в повторении святых имен, медитируя на рисунок Чайтаньи, как он выглядел до принятия отречения.
Дхамешвар Махапрабху
Похоже, что Вишнуприя Деви приняла путь бхаджана, проповедуемый Чайтаньей, серьезно. Чаще всего встречается рассказ о ее жизни, как она отсчитывала каждое окончание шестнадцати имен Кришны, добавляя по зернышку риса в глиняный горшок. К концу ежедневной медитации, ранним вечером, она готовила этот рис, предлагала его и питалась только им. (*20) В более поздних историях движения видно, что ее значение для последователей Чайтаньи выросло за пределы просто Его жены. Очевидно, она близко дружила с Джахнавой и участвовала в усыновлении Рамачандры, как описано ниже. Более того, Вишнуприя освятила поклонение изображению Чайтаньи, вокруг чего появились многочисленные легенды. В Вамши-шикше, истории Багхнапада Госвами XVII века, говорится, что после отречения Чайтаньи Вишнуприя перестала есть и пить до тех пор, пока Он не пришел к ней во сне (как Вамшиваданананда Тхакур), сказав ей, чтобы на дереве маргоша, под которым Шачи вскормила Его, вырезали Его изображение. Когда мурти было закончено, Вишнуприя пропела над ним стих Чханди Даса: « Это Господь моей жизни. Наконец-то я способна видеть Того, желание кого заставило меня гореть и почти довело до смерти». (*21)
Этому самому божеству, известному как Дхамешвар Махапрабху, все еще поклоняются потомки двоюродного брата Вишнуприи, Мадхавы Ачарьи в Набадвипе, где оно остается центральным объектом паломничества. Существующее поклонение Чайтанье в настроении Вишнуприи, такое, как поклонение Чайтаньи Даса Бабаджи в начале этого века [XX века - K.d.], сосредоточено вокруг этого божества Махапрабху.

мурти Ситы Тхакурани

3. Сита Тхакурани (*22)

Жена Адвайты, Сита Тхакурани, так же, как и ее муж, прожила долгую жизнь. Похоже, что после женитьбы на Сите, Адвайта переехал в Шантипур. Тем не менее, большинство биографий Чайтаньи говорят, что она присутствовала на празднике по случаю его рождения, и даже дала ему прозвище, «Нимаи». Говорится, что она взяла на себя часть обязанностей по управлению после смерти своего мужа, но о том, как она вела себя в этой роли, известно очень мало.
Согласно Према-виласе, у Ситы была ученица, Джангали, о которой рассказывают интересную легенду. Говорят, что она была бесстрашна, и занималась уединенной практикой преданности в джунглях, полных диких зверей, таких как медведи и тигры (отсюда и ее имя). Однажды шах Бенгалии охотился в тех краях и увидел ее, и был увлечен ее красотой. Когда он попытался взять ее силой, (*23) он был удивлен, увидев, что она превратилась в мужчину. Пораженный царь спросил, мужчина она или женщина. Она ответила загадочно: «Женщина видит женщину, мужчина – мужчину. Но я никогда не была мужчиной».
Понятно, что царь остался в недоумении. Он послал женщину, чтобы проверить Джангали, и та сказала, что Джангали действительно женщина, но когда он послал мужчину, он сказал, что она – мужчина. Пораженный царь понял, что Джангали обладала какой-то необычной силой, и упал к ее ногам, прося прощения. Она простила и благословила его, и затем он построил большое строение для нее в этих лесах, известное, как Джангали Тота. (*24)

4. Другие современницы Чайтаньи

Всего лишь несколько женщин-современниц Чайтаньи упоминаются в хагиографиях сами по себе. Малати Деви была женой спутника Чайтаньи Шриваса Пандита. У нее были необычные отношения с Нитьянандой, который относился к ней, как к своей матери. Хотя ее детородный возраст давно миновал, когда взрослый Нитьянанда сел к ней на колени, ее высохшая грудь наполнилась молоком. (*25)
Другая женщина, достойная упоминания – Нараяни, мать Вриндавана Даса (автора Чайтанья Бхагаваты). Она была племянницей Шриваса Тхакура, и была маленькой девочкой во время маха-пракаши Чайтаньи, или великого богоявления (ЧБх 2.10.229-35), на котором она присутствовала, и Чайтанья уделил ей особое внимание. Одной из служанок Шриваса, Дукхи («несчастная»), повезло увидеть ночной киртан Чайтаньи, она приносила воду из Ганги, чтобы напоить там Вайшнавов. Так она получила благословение Чайтаньи, и ее имя поэтому поменяли на Сукхи («счастливая») (ЧБх 11.25.11-23).

 II. Женщины второго поколения

Хотя некоторые из этих женщин – младшие современницы женщин-спутниц Чайтаньи, они отличаются своей личной харизмой, своим знанием и практикой религии, основанной Чайтаньей и его внутренним кругом последователей, и той руководящей ролью, которую они выполняли в проповеди этой религии.
Джахнава Тхакурани
1. Шри Джахнава Ишвари (XVI век)

Карен Синклер сделала наблюдение, что хотя женщины достигли большой известности в индусских сектах, но, в основном, в роли «Святых матерей» или жен адептов религии, и в качестве современных примеров она приводит Шараду Деви, супругу Рамакришны, и «Мать» Ауробиндо. По ее мнению, в таких обстоятельствах женщины обычно уважаются, но их роль ограничена, как в случае с Девой Марией в христианстве. (*26)
Во многих странах Азии вдовы, дочери и сестры казненных политических лидеров стали известны, как политики. Нигде это не справедливо более чем в Южной Азии, где такие женщины достигали высших политических постов в четырех странах. Мери Катценштейн, в своем анализе факторов, ведущих к политической известности женщин в Индии, пришла к выводу, что в обществах, где родственные отношения играют важную роль, в отсутствие установленной, стабильной системы, обеспечивающей преемственность политических лидеров, дочери, вдовы и сестры часто избираются на роль лидеров. (*27) Тем не менее, чтобы любая женщина преуспела в роли лидера в таких обстоятельствах, необходимо, чтобы она проявляла соответствующие практические качества; родственная связь в данном случае может играть только временную роль. Индира Ганди в Индии и Ширимаво Бандаранаике в Шри Ланке – особенно выдающиеся примеры этого.
Большинство женщин-лидеров у Гаудия Вайшнавов старших поколений также были связаны с ранними харизматическими лидерами-мужчинами. Из всех этих женщин, все еще малочисленных, выделяется Джахнава, жена главного спутника Чайтаньи, Нитьянанды. Можно предположить несколько причин, по которым она стала лидером. Она стала вдовой, скорее всего, будучи еще относительно молодой. У нее самой не было детей, но ее племянник и приемный сын, сын Нитьянанды Вирабхадра (рожденный младшей сестрой Джахнавы и второй женой Нитьянанды Васудхой), по возрасту не подходил для того, чтобы руководить в той династической системе, которая, очевидно, считалась подходящей для продолжения движения. В отсутствие другого подходящего лидера, Джахнава заняла это место, чтобы заполнить брешь.
Совершенно ясно, что Джахнава добилась уважения всего сообщества Вайшнавов, а также оказала сильное влияние на двух главных своих учеников: Вирабхадру и Рамачандру. Она была известна, как Ишвари (IzvarI), женская форма часто используемого названия Бога, Izvara. Самое меньшее, такое название предполагает большое господство над другими. Нарахари описывает в своей Бхакти-ратнакаре, что Ядунандан Дас и другие преданные, собравшиеся в Катве, когда Джахнава проезжала там по пути в Кетури, из уважения к ней начали есть только после того, как она закончила свою трапезу. (*28)
Джахнава и Васудха были сестрами, дочерьми ученого брахмана, Сурьядаса Саркхела, и племянницами Гауридаса Пандита; оба брата сами занимали значительное положение, как близкие преданные Чайтаньи и Нитьянанды. Обе девушки были выданы замуж за Нитьянанду, но у Джахнавы детей не было, тогда как Васудха родила двоих детей: девочку, Гангу, и мальчика, Вирабхадру. Хотя Джахнава была приемной матерью Вирабхадры, она играла большую роль в его духовном воспитании, чем родная мать. В одной легенде, которая приводится в Нитьянанда-вамша-вистаре, говорится, что Вирабхадра искал духовного учителя (поскольку его отец умер, не успев дать ему инициации). В ходе поисков, она обратилась к Сите Тхакурани, жене Адвайты, третьего члена божественного триумвирата Гаудия Вайшнавов. Сита сказала ему поискать поближе к собственному дому, но Вирабхадра не был убежден, что Джахнава достаточно квалифицирована, чтобы стать его гуру. Однако, вернувшись домой, он случайно увидел, как его приемная мать выходила из воды после омовения. Когда она вытирала себе волосы, ее мокрое сари начало сползать, и чтобы скрыть наготу, она явила еще две руки, чтобы поправить падающую одежду. Вирабхадра был впечатлен этим проявлением божественности, и попросил Джахнаву инициировать его. (*29)
Хотя схожие проявления божественности связываются в легендах с Нитьянандой, в поздних хагиографиях Чайтанья Вайшнавизма наблюдается увеличение таких упрощенческих попыток узаконить божественность личности. Нитьянанда-вамша-вистара также описывает, что Вирабхадра (также отождествляемый с Ишварой Кришнадасом (ЧЧ 1.11.8) и с Кширодакашайи Вишну в Гаура-ганоддеша-дипике) несколько раз являл божественные формы такого рода на протяжении своей проповеднической карьеры.
Джахнава – не единственная женщина, являвшая такую четырехрукую форму. Истории, подобные рассказанной выше, рассказываются также о двух других женщинах в истории Гаудия Вайшнавизма. Влиятельный ученик Нитьянанды, Абхирам Тхакур, женился на девушке-мусульманке, Рами, что вызвало значительную критику. Хотя некоторые преданные были готовы принять ее присутствие в обществе Вайшнавов, они определенно не были готовы принимать пищу, даже прасад, из ее рук. Однако они замолчали, когда она явила вторую пару рук, чтобы удержать покрывающую ее голову накидку, которая упала, когда она проводила служение. Подобная же история рассказывается Харидасом Дасом (Гаудия-Вайшнава Абхидхана, 1422) о Хемалате Тхакурани, дочери важного лидера третьего поколения Гаудия Вайшнавов, Шринивасы Ачарьи. Легенда о Хемалате особенно важна, не столько в деталях, сколько в том, что, как и в случае с Джахнавой, она подчеркивает ее личный авторитет, как гуру.
Вирабхадра – не единственный важный ученик Джахнавы. Другие ученики, достойные упоминания, начинаются с Рамачандры Госвами. (*30) Внук Вамшивадананданы Тхакура (упомянутого выше в связи с Вишнуприей Деви), Рамачандра был принят Джахнавой после того, как она дала благословение его отцу, что у него будет двое сыновей. Когда родился второй сын, когда Рамачандре было 11 или 12 лет (ок. 1545), Джахнава взяла его к себе на воспитание.
Рамачандре его приемной матерью и гуру уделялось особое внимание, и он до некоторой степени стал соперником Вирабхадры за ее расположение, сопровождая ее в последнем путешествии во Врадж. Позже он основал ветвь Багхнапада Госвами через семью своего племянника Раджаваллабха, сам он так и не женился.
Видимо, Джахнава усвоила кое-что из учености свого отца и дяди, и это сослужило ей хорошую службу, когда она стала играть роль наследницы Нитьянанды. В Мурали-виласе описывается, как Джахнава дает наставления Рамачандре Госвами об особенностях пути поклонения, описанного Рупой Госвами (manjarI-bhAva-sAdhana). Тем не менее, несмотря на ее личную образованность, она, кажется, не вела публичных обсуждений писаний и держалась в тени в обществе преданных-мужчин. Например, в Кетури она не поднялась на возвышение с другими спутниками Чайтаньи и Нитьянанды, присутствовавшими там. (*31)
И вообще она публично не делала ничего, кроме того, что слушала киртан. С другой стороны, похоже, она любила готовить для большого количества преданных, сама прислуживая им, и принимала личное участие в поклонении божествам, по крайней мере, предлагая им пищу. В Кетури она организовывала много событий, таких как встречу (satkAra) гостей (БРК 10.511), игру в phAgu-khelA, и т.д. (*32)
Джахнава Ма Байтак
Возможно, самым важным вкладом Джахнавы был вклад в организацию и характер бенгальского Вайшнавизма, когда он стремился вобрать в себя теологическую изощренность мысли Вриндаванских Госвами. Событием, в ходе которого это произошло, был знаменитый фестиваль в Кетури, уже упоминавшийся выше, датировка которого – все еще предмет догадок, но похоже, что он проходил в 1570-е годы. Ее роль там заключалась в подтверждении нововведений в практике киртана, а также теологических формулировок о природе Чайтаньи и его воплощения, которые Нароттам и Шринивас Ачарья привезли с собой из Вриндавана. (*33)
Джахнава, несомненно впечатленная культурой новых лидеров движения, и знаниями, которые они получили под руководством Дживы Госвами, решила сама отправиться во Врадж и увидеть своими глазами изменения и улучшения, которые произошли там. Путешествуя с большой группой Вайшнавов в паланкине, защищавшем ее скромность, она возглавляла, безусловно, довольно впечатляющую группу, проделавшую длительное паломничество, занявшее от пяти до шести месяцев.
Нарахари описывает происшествие, случившееся по дороге в одной из деревень. Обитатели деревни поклонялись богине Чанди, и они осмеяли группу Вайшнавов, увидев, как они кланяются Джахнаве и прикасаются к ее стопам. Полагая, что, выражая почтение Джахнаве, а не их местному божеству Чанди, Вайшнавы совершили большое оскорбление, они поклялись убить всю группу путешественников. Однако Чанди нашла такое предложение неприемлемым, явилась в разъяренной форме своим поклонникам во сне, и открыла им славу Джахнави, сказав:
«Вы, негодники! Вы не знаете правду о той, на кого вы посмотрели с презрением, и кого назвали простой женой брахмана. Она – жена Нитьянанды-Баларама, которого почитаю даже я, и кому поклоняются все. Ее имя, Джахнава Ишвари, неописуемо сладостно. Простым повторением этого имени можно освободиться от всех мирских забот. Она – возлюбленная Нитьянанды, воплощение сострадания; она бескорыстно раздает любовную преданность Кришне живым существам. Любой, поклоняющийся ее лотосным стопам и поющий ее славу, будет освобожден от тройственных страданий». (*34)
Чанди завершает свою речь, говоря жителям деревни, что им нужно молить Джахнаву о прощении, что они и сделали. Джахнава всех их обратила в Вайшнавизм и несколько дней провела в этой деревне. Другой похожий случай произошел в другой деревне, где разбойники хотели напасть на группу. Они не могли найти Джахнаву и ее спутников, не смотря на то, что точно знали, где те остановились. Они тоже обратились в Вайшнавизм, когда поняли, что Джахнаву защищает Господь.
На пути домой из Враджа Джахнава со своим окружением остановилась в месте рождения Нитьянанды в Бирбхуме. До конца своей жизни она совершила второе, а, может быть, и третье путешествие во Врадж, и умерла там. Говорят, что еще при жизни она попросила изготовить изображение Радхи и расположить его по правую руку Гопинатха во Вриндаване, где уже стояло изображение Радхи по левую руку. Говорят, что когда она умерла, она вошла в это божество, с тех пор известное, как Ананга Манджари.
Апофеоз Джахнавы, как Ананги Манджари, сестры Радхи, - это, возможно, то, что отделяет ее от других женщин-святых в Гаудия Вайшнавизме. Гаура-ганоддеша-дипика Кави Карнапура отождествляет ее сначала с Ревати (женой Баларамы в Кришна лиле), вследствие того, что она была женой Нитьянанды (отождествляемого с Баларамом), но также признает ее тождественность с Ананга Манджари. В противоположность этому, хотя Вишнуприя отождествляется с Сатьябхамой, женой Кришны в Двараке, (*35) это отождествление намного менее престижно в сильно ориентированном на Вриндаван Гаудия Вайшнавизме позднего времени, чем отождествление Джахнавы с Ананга Манджари.
Именно приемный сын и ученик Джахнавы Рамачандра Госвами разработал теологию Ананги Манджари своей короткой работе Ананга-манджари-сампукта. (*36) Ананга Манджари обладает онтологически особым статусом, так как она и манджари, или служанка Радхи, и сакхи, сама развлекающаяся с Кришной. Больше того, она, с одной стороны, супруга Баларамы, а с другой – идентична с ним, в свете того метафизического парадокса, известном теологам-Вайшнавам, который утверждает что энергия и ее источник неразличимы. Таким образом, Баларама (= Нитьянанда), наслаждающийся собственной раса-лилой с гопи, эротически привязанными к нему, также наслаждается доступом к высшей раса-лиле, которой наслаждается Кришна, через свое присутствие в ней в форме Ананги Манджари. Это теологическое искривление возникает прямо из «обращения» Джахнави в более высокий стандарт преданности, установленный Вриндаванскими Госвами. Чтобы придать правомочность своей линии, теперь было необходимо показать, что Нитьянанда, который всегда считался обладающим настроением дружбы (сакхья-бхавой), также был причастен к эротическому настроению (мадхура-бхаве). Если Чайтанья пришел дать этот тип любви всем людям, никогда до этого не имевшим к нему доступа, то как его самый близкий спутник и главный помощник может быть лишен его?
Жена Вирабхадры, Субхадра Деви, написала гимн на санскрите, называющийся Ананга-кадамбавали, состоящий из ста стихов, прославляющих Джахнаву. Это произведение было утеряно, но один стих из него сохранился в Мурали-виласе (и цитируется Харидасом Дасом в Гаудия Вайшнава Абхидхане 5). Вполне вероятно, что Джахнава поощряла женское образование, так как грамотность среди женщин-Вайшнавов была выше, чем среди других женщин в бенгальском обществе. Донна Вульф отмечает, что женщины-аскеты из Гаудия Вайшнавов XIX и XX веков становились лидерами женской образованности гораздо чаще, чем те, кто принадлежали к другим индусским сектам. (*37)
Особый статус Джахнавы, несомненно, привел к часто встречающимся случаям инициации детей матерями во многих семьях из династии Нитьянанды. В некоторых случаях, как, например, в семье Прана Гопала Госвами из Набадвипа, сыновья всегда по традиции инициируются своей матерью. Пран Гопал часто повторял, что когда сила милости гуру соединяется с материнской любовью, образуется особенно мощная духовная сила. (*38) Движение Гаудия Матх, возглавляемое Бхактисиддхантой Сарасвати, яростно боролось с принципом семейного наследования ученической преемственности, и было еще более яростно в своей критике там, где в парампаре присутствовали женщины-гуру. Но даже при этом, они также принимали легитимность Джахнавы, как духовного учителя в цепи [ученической преемственности]. (*39)
Каково бы ни было отношение нео-ортодоксии к Джахнаве, оно слабо подтверждает утверждение Эдварда Димока, что она была сахаджией, или что сахаджии каким-либо образом влияли на нее, ни что ее приемный сын был сахаджией. И не обязательно является правдой то, что увеличившееся влияние женщин в Гаудия Вайшнавизме является результатом усилившегося влияния сахаджии. Скорее, ее пример показывает потенциальную силу женщины, которая имела возможность развиться, когда Чайтанья велел своему главному офицеру Нитьянанде возвратиться в Бенгалию и жениться, таким образом, дав бОльшую легитимность жизни домохозяина. Движение Гаудий всегда принимало факт, что аскеты и домохозяева действуют в разных сферах и по разным правилам.

 2. Ганга Деви

Дочь Нитьянанды. Говорят, что когда она родилась, Абхирам Тхакур пришел ей поклониться. Это было, скорее, испытание, чем выражение почтения. Поклоны Абхирама были опасны, и приводили к печальным последствиям. Действительно, несколько других детей Васудхи умерли, после того как Абхирам продемонстрировал подобные проявления преданности. Ганга, однако, прошла испытание, и поэтому Абхирам предсказал, что она будет великой женщиной, и даже провозгласил ее воплощением реки Ганги, написав стихотворение из двадцати стихов в ее честь. Согласно Гаура-ганнодеша-дипике, ее муж Мадхава Чаттопадхьяя был Шантану (который женился на богине Ганге) в предыдущем воплощении. Их семья поселилась в деревне Джират на западном берегу Бхагиратхи, и их потомки продолжают выполнять функции инициирующих в Вайшнавизм гуру. (*40)

3. Хемалата Тхакурани

К сожалению, мы располагаем недостаточным количеством информации о Хемалате Тхакурани, дочери Шриниваса Ачарьи, одной из главных лидеров второго поколения Гаудия Вайшнавов и современнице Джахнавы. Хемалата инициировала много учеников, наиболее важным из которых был Ядунандан, плодовитый поэт и писатель, и она больше всего известна из-за той роли, которую сыграла в изгнании Рупы Кавираджа, лидера бросившего вызов Гаудия-ортодоксии в начале XVIII века движения сахаджий. Говорят, что она сорвала с его шеи бусы [туласи], чтобы показать, что он больше не достоин общества Вайшнавов. Ядунандан пишет об этом происшествии, а также о других случаях, проявления ею власти в Карнананде, в основном представляющей собой жизнеописание Шриниваса Ачарьи, которую он написал по ее приказу. (*41) Вторая жена Шриниваса Ачарьи Гаурангаприя тоже приняла нескольких учеников. (*42)

4. Кришнаприя и Вишнуприя

Эти две сестры представляют новый тип женщин в истории Гаудия Вайшнавизма: они были монахинями, жизнь которых по аскетизму и преданности сравнима с жизнью монахов-мужчин, с которыми они общались. Дочери главного ученика Нарроттамы Даса, Ганганараяна Чакраварти, они получили инициацию у своего отца по совету самого Нароттамы. Некоторое время они жили на Радха Кунде во Врадже. Их репутация была достаточна для того, чтобы им доверили заботиться о Говардхан шиле Рагхунатха Даса, данной ему самим Чайтаньей. Шилу им доверил Мукунда, ученик Кришнадаса Кавираджа (который, в свою очередь, получил ее от Рагхунатха). Это само по себе было необычным поступком, вызвавшим определенные разногласия в консервативном сообществе.
Согласно Нароттама-виласе Нарахари, Кришнаприя приняла несколько учеников, но в конечном итоге ей пришлось отказаться от одного из них, Рупы Кавираджа, который по какой-то причине принял сторону тех, кто думал, что ее пол ограничивал ее роль в определенных публичных религиозных актах. В частности, он возражал против ее присутствия в собрании мужчин на чтении Бхагаваты. Все присутствовавшие Вайшнавы выразили ей почтение, когда она пришла на собрание, за исключением Рупы Кавираджа. Он спросил ее, как она, будучи женщиной, может слушать чтение Бхагаваты, на что она ответила: «Чтение трудно слушать из-за того, что кто-то болтает, а не из-за моего присутствия». Это взбесило Рупу Кавираджа, но результатом его оскорбительного поведения было то, что его вынудили покинуть Вриндаван и вернуться в Ориссу, где, по преданию, он умер от проказы. (*43)
Гангамата Госвамини

5. Ганга Мата Госвамини

К сожалению, мало, что можно найти об этой выдающейся фигуре XVII века, она не упомянута ни в одной из исторических книг Гаудия Вайшнавизма. Ганга Мата Госвамини, возможно, была первой женщиной в Чайтанья Вайшнавизме, создавшей себе репутацию преданной только на основе ее собственных знаний и духовных достижений, и основавшей свою собственную духовную «семью».
В начале ее звали Шачи. Она была дочерью богатого землевладельца в Пунтии, Орисса, оставившей дом, чтобы уйти во Вриндаван, где она получила инициацию от Харидаса Госвами из Вриндавана. (*44) По распоряжению своего духовного учителя она пошла на Радха Кунду, где жила несколько лет со своей духовной сестрой Лакшмиприей. После этого ее духовный учитель дал ей распоряжение поселиться в Джаганнатх Пури, приняв так называемый кшетра санньяс. Она поселилась в доме Саравбхаумы Бхаттачарьи, важного ученика Чайтаньи в его годы в Пури. Когда она там появилась, в доме служили только шалаграма шиле, именуемой Радха Дамодар. Она постепенно расширила служение, установив другие божества.
Шачи давала публичные лекции по Бхагавата Пуране, привлекавшие много слушателей. Царь Ориссы, Мукундадева, увидел во сне Джаганнатха, велевшего ему пожертвовать землю для служения божеству. До этого Шачи собирала милостыню, чтобы поддерживать это служение. Рядом с домом Сарвабхаумы есть водоем, называющийся «белая Ганга» (Шветаганга), в который стекает вода из храма Джаганнатха, включая воду, использовавшуюся для омовения Джаганнатха. Однажды, во время, благоприятное для омовения, называемое Махаваруни, которое наступает в середине ночи, она омывалась в Ганге, и течение занесло ее в ворота храма Джаганнатха. Храмовые стражи подумали, что она вор, и арестовали ее, но царь Мукундадева опять увидел во сне Джаганнатха, сказавшего ему, что он должен ее освободить. Он и многие другие севаяты Джаганнатха со временем получили у нее инициацию. Из-за того, что она омывалась водой Ганги, стекающей со стоп Господа Джаганнатхи, Шачи стала известна под именем Ганга Мата Госвамини.
Дом Сарвабхаумы Бхаттачачарьи сейчас больше известен, как Матх Ганги Маты, и является одним из главных центров Вайшнавизма в Пури. Несколько сиддха-бабаджи получили инициацию в ее линии, прослеживаемой обратно к Гададхару Пандиту, и носящей своеобразный тилак в виде нупура. (*45)

 III. Святые женщины нового времени

Основной источник информации о святых женщинах нового времени – книга на хинди О.Б.Л. Капура Брадж ке бхакта. (*46) Всего в Брадж ке бхакта описано двенадцать женщин-святых, из них Гаудиями можно считать только пятерых. Хотя этих женщин уважают за их святость, только одна (Садху Ма) – лидер в плане того, что она была инициирующим гуру. Не случайно, что она родилась в одной из великих семей Гаудий, дающих инициацию, а именно, в семье потомков Адвайты Ачарьи. И вообще, все они были из обеспеченных семей. Из трех женщин-бенгалок все были из семей брахманов.
Все двенадцать женщин, чьи биографии присутствуют в книге Капура, – монахини, что, возможно, демонстрирует представление автора, каким должен быть «святой», хотя не является обязательным признаком святости. Единственным выдающимся исключением из этого является, безусловно, Шримати Деви, которая испытывала склонность к сакхье, или «настроению дружбы», как будет описано ниже.
Гаура Нитай Пишима Госвамини

1. Пишима Госвамини

Чандрашаши Мукхопадхьяй, позже известная как Пишима Госвамини, – единственная женщина, упоминаемая в Гаудия Вайшнава Дживани Харидаса Даса. (*47) Ее история связана с божествами Гаур-Нитай, которые сейчас находятся во Вриндаване, в Банакханди, рядом с Лой Базаром. Эти божества когда-то принадлежали другу детства Чайтаньи, Мурари Гупте, чье имя выгравировано на подставке одной из статуй. Очевидно, они были на какое-то время утеряны, и позже обнаружены в Сиури, в районе Бирбхум северо-западной Бенгалии. Странствующему монаху из Ориссы, Балараму Дасу Бабаджи, когда он проходил через Сиури, приснился сон, в котором ему было велено принять на себя служение этим божествам. Вскоре после этого дочь богатого землевладельца из района Надия, Чандрашаши, когда ей было всего двадцать лет, приехала в Сиури по делам. Божества привлекли ее и, пока девушка была в городе, она регулярно приходила на службы. Однажды ночью ей приснился сон, в котором Гаур-Нитай пришли к ней в облике мальчиков, и сказали, что они очень голодны, и хотят, чтобы она накормила их кхиром. Так как она была не инициирована, Баларам Дас не решался давать божествам приготовленную ею еду, так что она приняла инициацию от него, чтобы выполнить просьбу Гаур-Нитая.
Спустя несколько дней, когда она собралась из Сиури домой, ей приснился другой сон, в котором Гаур-Нитай умоляли ее не уходить, ведь иначе кто будет их так хорошо кормить? Как дети, они цеплялись за ее подол, и даже оторвали кусок ткани. От рывка Чанахари проснулась, и увидела, что ее одежда действительно порвалась. Она пошла к Балараму Дасу, который нашел оторванный кусок ткани в руках божества Гаура. С того самого дня она оставила любые намерения вернуться домой, и решила остаться, служа Гаур-Нитаю.
Однако вскоре в городе пошли сплетни о ее взаимоотношениях с монахом Баларамом Дасом. Баларам Дас и Чандрашаши, опять руководствуясь инструкциями, полученными во сне, решили взять с собой Гаур-Нитая и поселиться во Вриндаване. Они поместили божества в лодку, и совершили 1600-километровое путешествие по Ганге и Ямуне во Врадж. Чандрашаши, известная во Врадже как Пишима («тетушка»), организовала строительство нового храма в Баратханди для этих божеств, ставших в этой местности известными, как Гаур-Нитай Пишимы.
Одна из интересных легенд о Пишиме Госвамини такая. Однажды, когда она готовила еду для Гаур-Нитая, к которым она относилась, как к своим собственным детям, у нее начались месячные, что сделало ее ритуально нечистой для служения божествам. Эта помеха сильно расстроила ее. Когда она прилегла подремать, к ней пришли Гаур-Нитай, и сказали, что как обычная мать не прекращает свое служение детям во время месячных, так же не должна и она. Более того, они пообещали, что она будет освобождена от этого дискомфорта с этого дня. Она приняла омовение, предложила пищу божествам, и больше к ней никогда не приходили месячные.
Пишима Госвамини вела строгую жизнь, согласно Вайшнавским предписаниям, омываясь в Ямуне три раза в день, ежедневно воспевая мантру на четках, и т.д., но главное, чем она занималась, было служение божествам – арчана. Она практически постоянно разговаривала с Гаур-Нитаем, которые также от случая к случаю являлись другим людям, требуя разные виды служения, и т.п. Позже, когда она состарилась, и уже не могла купать божества и проводить другие виды служения, она все еще знала, все ли идет, как надо, через это личное общение. Один из примеров этого – когда одним холодным зимним утром преемник Пишимы, Гопишвар Госвами, омыл Гаура-Нитая холодной водой. Она узнала об этом промахе, когда увидела, что у божеств насморк. К удивлению Гопишвара Госвами, она вытерла платком им носы и показала сопли, дав понять, что божества простудились из-за его небрежности.
Харидас Дас рассказывает, что Гопишвар Госвами лично рассказал ему, что когда Пишима Госвамини впервые попросила его принять на себя служение Гаур-Нитаю, он пожаловался, что он не чувствует удовольствия, служа таким маленьким божествам, так как он не был в настроении родительской любви, как она, а, скорее, чувствовал дружеские чувства. Он сказал, что тогда Пишима пошла к божествам, потянула их за подбородки, и они увеличились в размере, приняв свою нынешнюю форму. (*48)
Яшода Ма
2. Ма Яшода (ум. в 1944 г.) (*49)

Ма Яшода больше известна в связи со своим учеником, Кришна Премом, чем своими личными достижениями. Шри Кришна Прем, или Рональд Никсон (р. в 1898 г.), был во время Первой Мировой войны британским пилотом, верившим, что своим спасением во время выполнения миссии в Германии он был обязан чуду. После войны Никсон предпринял духовный поиск, который привел его в Индию. Обладатель ученой степени, полученной в Кембридже, он преподавал английский язык в университете Лакноу, и жил в доме проректора, Джнянендранатха Чакраварти, главы местного Теософского общества. Маника Деви, жена проректора, была высокообразованной женщиной, и испытывала материнские чувства к Никсону, называя его Гопалом, как многие бенгальские женщины называют своих сыновей. Как Никсон рассказывал бенгальскому певцу и бхакте Дилипу Раю, миссис Чакраварти постоянно участвовала в весьма активной общественной жизни своего мужа, проходившей на западный манер. Так как сам Никсон все больше интересовался буддизмом и индуизмом, изучая санскрит и пали, он подметил, что, несмотря на внешнюю погруженность в материальную жизнь, она излучала духовное умиротворение. Он заметил, что на приемах она иногда уходила от гостей, и возвращалась с восстановленными силами. Из любопытства он однажды пошел за ней, когда такое случилось, и увидел, что она погружена в глубокую медитацию. Когда он спросил ее об этом, она объяснила, что они с мужем заинтересовались Вайшнавизмом, и приняли инициацию у Балакришны Госвами из семьи Радхараман во Вриндаване. Пораженный, Никсон попросил ее инициировать его. Однажды он также попросил ее посвятить его в санньясу, и она сама отправилась во Вриндаван, и приняла санньясу, чтобы дать ему также и эту инициацию. Имя Яшода Ма она получила, приняв санньясу, а санньяса-имя, данное Никсону, было Кришна Прем.
Оставив академическую жизнь, они вдвоем отправились в Миртолу, неподалеку от Алморы в предгорьях Гималаев, где основали ашрам, который назвали «Уттара Вриндаван». Там они установили мурти Радха-Кришны. Яшода Ма учила местных детей читать и писать и открыла бесплатный медицинский пункт, а Кришна Прем написал несколько книг, и среди его учеников, привлеченных его работами, были и англичане, и индийцы.
В детстве, когда Маника жила в Гхазипуре, у нее было несколько оказавших огромное влияние встреч со святыми. В возрасте двенадцати или тринадцати лет ее выбрали в качестве представительницы богини на Кумари-пудже, и сам Свами Вивекананда предложил цветы ее стопам. В другой раз она услышала, что местный йог, Пахвари Баба, раздает бесплатно одежды и камандалу всем монахам, приходящим к его пещере. Любопытствуя, где он возьмет такое большое количество одежды и прочего, которое понадобилось бы для такого подарка, она переоделась мальчиком, и встала в очередь, когда раздавались дары. Когда очередь подошла, Маника заскочила в его маленькую пещерку, и увидела, что та пуста. Таким образом, она проявила свой бесстрашный характер; и это открытие укрепило в ней на всю жизнь веру в чудеса.
Яшода Ма имела глубокую эмоциональную привязанность к своим божествам в родительском настроении, и у нее было несколько сверхъестественных случаев, связанных с ее божеством Гопала, о которых она рассказала Дилипу Раю.

3. Сиддхешвари Деви, Садху Ма (ум. в 1944 г.) (*50)

Дочь Говинда Чандры Госвами из района Пабна в Бангладеше, Сиддхешвари Деви, была потомком спутника Чайтаньи, Адвайты Ачарьи. Так как она родилась во время ежегодного праздника Дурга Пуджи, отец посчитал ее воплощением Йогамайи. С детства девочка проявила склонность к преданности, изучила писания под руководством своего отца, который инициировал ее. Она приняла санньясу после смерти отца (облачившись в шафрановые одежды, как Прабодхананда Сарасвати). Хотя Садху Ма была все еще молодой девушкой, она отправилась в странствие по Индии, посещая все основные места паломничества и полагаясь в своей защите только на одного Бога. Она встретилась со знаменитым шактой Бама Кхепой в Тарапитхе, который посоветовал ей некоторое время провести в Белуре, а затем отправляться во Вриндаван. Говорят, что Бама Кхепа также распознал в ней воплощение Йогамайи.
Поселившись во Вриндаване, Садху Ма со временем построила там большой ашрам, посвященный Радха Кунджакишори, возле садов храма Ранганатхаджи. У нее были сотни учеников из Пенджаба и Бенгалии, включая многих известных и богатых граждан, и со временем она построила другие храмы и ашрамы в Белуре, Говардхане, Бхубанешваре, Чакратиртхе (Пури), и т.д.
По традиции семьи Адвайты, она строго следовала Хари-бхакти-виласе, введя даже регулярные огненные жертвоприношения во всех своих храмах, за исключением Браджа, где, как считают, сама Радха явилась в видении Садху Ма и запретила ей проводить такие ритуалы, как ненужные. Она любила представления по раса-лиле, но, говорят, однажды упала в обморок, услышав, как поют о принятии санньясы Махапрабху. Подобно многим другим влиятельным женщинам-преданным Враджа, она много внимания уделяла служению преданным, которые все называли ее мамой. Она поддерживала общение с некоторыми необычными преданными Враджа, такими, как Гвария Баба.

 4. Шримати Деви (*51)

В связи с известным фактом, что женщины-святые в индийских религиях чувствуют себя удобно в своей половой принадлежности, в отличие от мужчин, которые часто, особенно в поклонении Радха-Кришне, добиваются женской идентификации, (*52) интересна история Шримати Деви. О.Б.Л. Капур рассказывает легенду о ней в связи с Кришнанандой Госвами, учеником из Пенджаба Прана Гопала Госвами, потомка семьи Нитьянанды (ум. в 1955 г.). Хотя Кришнананда был инициирован в традицию Гаудия верным пропагандистом настроения преданности манджари, он поклонялся Кришне в настроении дружбы (сакхья). Не смотря на то, что его гуру хотел, чтобы Кришнананда Свами принимал учеников и проповедовал преданность Кришне, он делал это с неохотой, так как хотел избежать общения с женщинами. Он многие годы исполнял обет никогда не видеть лица женщины, и это продолжалось до тех пор, пока его путь не пересекся с одиннадцатилетней девочкой, которую звали Шримати Деви.
Шримати Деви жила в деревне Нагла Лакшманпур во Врадже. Овдовев в одиннадцать лет, она полностью посвятила себя служению своему божеству Кришны. Она сама тяготела к настроению дружбы в преданности, и, услышав о Кришнананде Свами, решила стать его учеником. В итоге, по настоянию кое-кого из ее родственников, Кришнананда Свами написал для нее на листе бумаги маха мантру и наставления, как поклоняться Кришне.
Шримати Деви, однако, хотела увидеть своего гуру, и приняла обет, что пока не увидит его, она не выйдет из дому при свете солнца. Она вставала в четыре часа утра и принимала омовение, а затем сидела в доме до заката, воспевая святые имена. Она провела так три года, но так и не смогла увидеть своего гуру. В конце концов, она прекратила есть и пить, и постилась так девять дней, пока к Кришананде не явился в видении сам Баларама, и сказал ему, что он должен оставить свой обет ради нее.
Совершив этот прорыв, и получив личное общение с гуру, Шримати Деви быстро достигла совершенства в настроении дружбы. Она начала одеваться, как мальчик; ее поведение, язык, и т.д., - все приняло качества пастушка, друга Кришны, и люди даже стали ее называть бхайя («брат»). Она постепенно погружалась в полное осознание присутствия Кришны.
У не было слабое здоровье, и она недолго прожила после этого. Однажды, когда ее гуру пришел ее навестить, он положил ее голову себе на колени, и она сказала: «Дружище, пошли! Смотри, Баларам и Кришна зовут своих друзей!» Кришнананда Свами ответил, переполненный чувством: «Иди вперед, дружище, я скоро догоню». Получив это разрешение от своего гуру, она вошла в вечный мир Браджа.

5. Гириджа Деви (*53)

Гириджа Деви была женой богатого землевладельца в Джамире, в штате Бихар, и поэтому привыкла жить в большой роскоши. Однако она начала терять интерес к семейной жизни, когда ее старший сын умер в возрасте восемнадцати лет, а вслед за ним умер и второй сын. В горе она стала равнодушной к еде и питью. Ее муж попросил совет у семейного гуру, и гуру начал читать ей Бхагавата Пурану, чтобы успокоить. В результате этого чтения она начала интересоваться преданностью Кришне, а затем желание уйти в Брадж. Не смотря на семейную традицию держать женщин строго взаперти, ее муж, в конечном итоге, разрешил ей уйти.
Во Вриндаване Гириджа Деви сняла комнату в Радхарамана Гхере, и вскоре к ней в видениях начали приходить божества Радхарамана. Радхарани являлась ей и жаловалась на недостатки в служении, о которых не смог бы узнать посторонний. Однажды, Радхараман заговорили с ней через одного из храмовых жрецов, в которого они вошли.
Гириджа Деви курила кальян, и имела другие старые привычки со времен жизни в Бихаре, из-за которых она не всегда выглядела верующей, но, в конце концов, такие необъяснимые явления заставили севаятов Радхарамана уважать ее. Тем не менее, Ниламани Госвами, хозяин дома, где она жила, решил однажды ее выселить, чтобы сдать дом за более высокую цену. В тот самый день, когда он принял это решение, но до того, как смог осуществить свой план, возвратившись к себе домой, он обнаружил, что ни он, ни один из его спутников, не смогли открыть запертую дверь, хотя у них был ключ. Одна из соседок, преданная, предположила, что он, наверное, оскорбил Гириджу Деви, и если она разрешит, он сможет открыть дверь. Ниламани пришел к Гиридже и попросил открыть дверь. К своему собственному удивлению, она смогла отпереть замок и дверь открылась. Это загадочное событие приписывают работе самого Радхарамана.
После смерти ее мужа, Гириджа Деви провела остаток своих дней в Джамире, выполняя практику преданности, и управляя семейным состоянием через агентов.

Заключение

Джун МакДаниел отмечает в недавнем исследовании по бенгальской религии, что во время ее полевой работы было практически невозможно найти святую женщину-Вайшнави. (*54) Это означает, что в кругах ортодоксальных Вайшнавов продолжает существовать некоторое пренебрежение женщинами, несмотря на достижения нескольких выдающихся женщин в разные моменты истории Гаудия Вайшнавизма. Возможно, это как-то связано со страхом сахаджияизма. Общество отшельников прилагает усилия по поддержанию чистоты, следуя принципам половой сегрегации, установленной примером Чайтаньи, насколько это возможно. Вайшнавы, позволяющие женщинам любого возраста и семейного положения оставаться в их ашраме на ночь, называются кунджа-васи, и обладают самым низким статусом. Те, кто разговаривает днем с женщинами, называются тхора-васи, а те, кто отказываются вообще от любых контактов с женщинами, известны, как вана-васи. Последние Вайшнавы обладают наивысшим статусом в сообществе отшельников. Кунджа-васи, естественно, подозреваются в практике сахаджии. Проблемы, с которыми столкнулась Пишима Госвамини в ранние годы своих отношений с Баларамом Дасом, типичны, и с ними сталкивается любая женщина, желающая жить, как отшельница. За пределами мира отшельников, в совершенно ином мире Госвами и Вайшнавов-домохозяев, жены Прабхусантанов всегда были сильными лидерами среди женщин их общин, иногда, как Джахнава, начиная оказывать большее влияние.
Нужно сказать, что здесь, как и везде, история обычно пишется мужчинами о мужчинах. Как много тысяч женщин любой религиозной традиции вели тихую жизнь, исполненную простой святости и аскетизма, и не были описаны историками, пишущими на эти темы, только из-за их пола? Тем не менее, не смотря на ограниченное число примеров, которые мы можем найти, женщин, чьи достижения, как гуру, святые и преданные проникли в сознание окружающих их мужчин, их примеров достаточно, чтобы продолжать вдохновлять женщину-предданную. Кроме того, в символах, теологии и духовных идеалах Гаудия Вайшнавизма есть богатая почва для женщины, желающей утвердить себя, если придет внутренний призыв.

-------------------------------------
 1. Рамаканта Чакраварти, «Вайшнавизм в Бенгалии» (Calcutta: Sanskrit Pustak Bhandar, 1985), стр. 174. «Одним из положительных результатов движения Чайтаньи было возвышение социального и религиозного статуса женщин в Бенгалии. Это значительное достижение впервые проявилось в принятии на себя духовного руководства Джахнавой Деви, второй дочери Сурьядаса Саркхела и второй жены Нитьянанды».
2. См. Синклер, Карен, «Женщины и религия», в «Межкультурное исследование женщин», (изд.) Марго И. Дьюли и Мари И. Эдвардс (New York: The Feminine Press, 1986), 107-124. Особенно, стр. 110-12.
3. mahitIra bhaginI sei nAma mAdhavI devI | vRddha tapasvinI Ara paramA vaiSNavI || prabhu lekhA kare jAre rAdhikAra gaNa | jagatera madhye pAtra sADe tin jana || svarUpa gosAi Ara rAya rAmAnanda | zikhi mahiti tina tAra bhaginI Ardha jana || ЧЧ 3.2.104-6
4. Согласно Харидасу Дасу, Мадхави Деви сочинила пьесу на санскрите о Господе Джаганнатхе, PuruSottama-deva-nATakam. Если это правда, она – знаменательное исключение, как единственная женщина-автор сенскритского текста в традиции Гаудия Вайшнавизма. (См. Gaudiya Vaishnava Abhidhana (ed. Haridas Das (Nabadwip: Haribol Kutir, 471 Chaitanyabda [1964]), 1311, 1624.)
5. Чайтанья Чаритамрита 3.13.77-87. См. также 3.3.75.
6. Чайтанья Чаритамрита 3.14.24-31.
7. Цитируется в Шанкар Сен Гупта, «Исследование женщин Бенгалии» (Calcutta: Indian Publications, 1970, 179). saGkIrtana mAjhe nAce kulera bauhAri. Ранние киртаны Чайтаньи в доме Шриваса Пандита, однако, не были открыты для женщин. Вриндаван Дас рассказывает, что теща Шриваса пыталась спрятаться, чтобы увидеть, как танцует Чайтанья, но ее присутсвие, даже невидимое, помешало ему испытать обычный экстаз. Чайтанья Бхагавата, 2.16.1-18.
8. «Изображения и роли женщин в бенгальском Вайшнава Падавали киртане», в (изд.) Джозеф О’Коннел, «Бенгальский Вайшнавизм, ориентализм, общество и искусство». (East Lansing, Michigan: Asian Studies Centre, 1985), 11-27.

 9. Харидас Госвами из Набадвипа – исключение из этого правила. Плодотворный и способный писатель, он написал ряд работ в начале второй половины XX века, прославляющих Чайтанью глазами Вишнуприи, и установил несколько божеств Чайтаньи с Вишнуприей по всей Бенгалии. Эта модель преданности Чайтанье, однако, относительно недавно возникла и имеет относительно мало последователей. Гауранга-нагары, следующие за Нарахари, следовали не по стопам Вишнуприи, но, скорее, пребывали в воображаемой внебрачной связи с Чайтаньей. Таким образом, они не строили свою преданность по образцу преданности Вишнуприи, и не думали о себе, как о служанках Вишнуприи, по образцу манджари бхавы, как делал Харидас Госвами. Но, не смотря на это, есть божество Вишнуприи, которому поклоняются в Шрикханде, родном городе Нарахари и центре секты Гаурага-нагара, которое было установлено Канаи Кхутией, современником Чайтаньи из Ориссы.
10. viSNu-bhakti-svarUpiNI, «Чайтанья Бхагавата», 2.22.40; mUrtimatI bhakti, вышецит., 2.22.45.
11. «Чайтанья Бхагавата», 1.10.225-31. Это, так же как многие другие истории о детстве Чайтаньи, компиляция оригинальных историй из Бхагаваты о детстве Кришны.
12. «Чайтанья Чаритамрита», 1.15.10-11.
13. «Чайтанья Чаритамрита», 1.16.22-23; «Чайтанья Бхагавата», 1.12.183-8.
14. Похоже, что под према бхакти в этом контексте Вриндаван Дас понимает экстатические симптомы, которые сам Чайтанья и его спутники проявляли во время воспевания святых имен. Вриндаван Дас не делает ссылку на чувства преданности, которые позже были описаны в трудах Рупы Госвами. Ничто не указывает на то, что когда-либо ожидалось, что Шачи «поднимется над» своими родительскими отношениями с Чайтаньей.
15. Джива Госвами рассказывает схожую историю о матери Кришны Яшоде, имевшей такое же переживание, когда ее сын ушел в Матхуру. Кришна так же шлет заверения, что именно он, на самом деле, приходит в божественной форме, чтобы принять ее подношения. «Гопала-чампу» была написана раньше «Чайтанья Чаритамриты», так что, похоже, именно Кришна Дас Кавирадж черпал вдохновение в произведении Дживы. См. «Гопала-чампу», 2.12.
16. zazIra mandire Ara nityAnanda-nartane | zrIvAsa-kIrtane Ara rAghava-bhavane || ei cAri thAi prabhura satata AvirbhAva || premAkRSTa hoye prabhur sahaja svabhAva || «Чайтанья Чаритамрита», 3.2.34-6. Более подробное описание явления Чайаньи в доме Шачи находится в ЧЧ 3.12.86-94.

17. «Чайтанья Бхагавата», 1.14.
18. «Чайтанья Мангала», 2.12.1-40. Вриндаван Дас представляет себе Чайтанью, проводящего последнюю ночь со своим другом Гададхаром Пандитом.
19. От жены санньяси ожидалось, что она будет вести себя так, как если бы ее муж был действительно мертв.
20. Это можно найти в «Према-виласе, глава 5, «Бхакти-ратнакаре», 4.48-52, «Вамши-шикше», стр. 161.
21. Прем Дас, «Вамши-шикша» (Nabadwip: Nimai Chand Goswami, n.d.), 161-2.
22. Из труда, называющегося «Сита-чарита», Локанатха Даса.
23. Здесь использованы слова dharma-nAz karA.
24. «Гаудия Ваишнава Абхидхана», 1243. Очевидно, другие источники говорят, что Джангалиприей звали ученика Ситы, принявшего во время инициации женское имя. Трансвестизм в Вайшнавской традиции известен, хотя не считается относящимся к ортодоксии. Те, кто следует этой отклонившейся традиции, известны под названием «сакхи бхеки». Лалита Сакхи, ученик Чарана Даса Бабаджи, относительно недавний пример мужчины, считавшего важной частью своей практики преданности ношение одежды гопи. Недвусмысленное утверждение Джангали, что «она никогда не была мужчиной», может быть ни чем иным, как твердой верой в обладание вечной формрй женщины в отношениях с вечным мужчиной, Кришной.
25. «Чайтанья Бхагавата», 2.11.8-10.

 *
26. Выше цит., 112. Конечно, в последнем случае супруга Ауробиндо была европейской женщиной, выполнявшей большую руководящую работу в Ауровилле, Пондичери, на протяжении многих лет.
27. «К равноправию? Причины и следствия политической известности женщин в Индии», в Asian Survey xviii, 5 (Май, 1978) 480.
28. Эта же история несколько по другому рассказывается в 24-й главе некоторых изданий «Према-виласы».
29. Четырехрукие формы – прерогатива обитателей планет Вишну, хотя они и не имеют особой теологической уместности для последователей Радхи и Кришны, которые пренебрегают ими, как неуместным проявлением божественной силы. Но даже при этом, сам Чайтанья, как говорится в «Чайтанья Бхагавате» и «Чайтанья Чаритамрите», являл несколько необычных форм, особенно в ранние годы своего пути, когда, возможно, ощущалась необходимость в конкретных доказательствах его божественности.
30. Другие важные ученики Джахнавы – Джняна Дас, один из величайших сочинителей Вайшнава падавали киртана, и Нитьянанда Дас, автор «Према-виласы».
31. «Бхакти-ратнакара», 10.477. manera ullAse sabe baise divyAsane | zrI-jAhnavA IzvarI baisaye sangopane ||
32. Брк, 10.633-5. phAgu-khelA – бенгальское слово, означающее осыпание друг друга цветными ароматизированными порошками во время праздника Холи, который бывает в день полнолуния месяца Пхалгун. Фестиваль в Кетури проводился в честь дня рождения Чайтаньи, который родился в день Холи.
33. Брк, 10.628.
34. Брк, 11.45-51.
35. Ггд, 48.
36. изд. Сундарананды Видьявиноды. (Calcutta: Sripat Parag, 1964).
37. Выше цит., стр. 21.
38. Личное общение с Маданом Гопалом Госвами, текущим гуру в линии преемственности. Конечно, есть и другая причина для такой практики: эта семья не происходит прямо от Нитьянанды по мужской линии преемственности.
39. См. утверждение Бхакти Ракшака Шридхара Махараджа в связи с ученической преемственностью, принимавшейся Бхактивинодой Тхакуром: «Мы должны следовать духу; иначе придется принять, после Джахнавы Деви, жены Господа Нитьянанды, до Бипина Госвами, так много неизвестных гуру-женщин. Через них мантра пришла к Бипину Госвами, а от него принял мантру Бхактивинода Тхакура. Мы принимаем Бхактивиноду Тхакура, но должны ли мы считать всех этих женщин в нашей ученической преемственности? Какова была их реализация?» «Шри Гуру и его милость», (San Jose, CA.: Guardian of Devotion Press, 1983), стр. 23. Далее, когда А.Ч. Бхактиведанту Свами спросили, может ли женщина стать гуру в ученической преемственности, он ответил: «Да. Джахнава Деви была женой Нитьянанды. Она стала. Если она была способна достичь высшего совершенства в жизни, почему [другой женщине] невозможно стать гуру?» в «Беседах со Шрилой Прабхупадой» (Los Angeles: Bhaktivedanta Book Trust, 1990), Том 22, Торонто, 18.06.1976, стр. 19-20.

40. «Гаудия Вайшнава Абхидхана», 1196.
41. «Карнананда», (изд.) Рам Нараян Видьяратна (Berhampore: Radha Raman Press, 1929), 122.
42. Согласно Сукумару Сену в «Бангла Сахитьер Итихас» (Calcutta: Modern Book Agency, 1940), Гуручаран Дас написал свою «Премамриту» по распоряжению Гаурангаприи (стр.409).
43. «Нароттам Вилас», 204. Цитируется по Эдвард С. Димок, «Место скрытой луны» (Chicago: University of Chicago Press, 1966), 100-1. См. также «Гаудия Вайшнава Абхидхана», 1191.
44. Этот Харидас Госвами был севаятом храма Говинды, и упоминается в «Чайтанья Чаритамрите», как глава общины Вайшнавов Вриндавана после смерти Дживы Госвами (ум. 1610).
45. «Гаудия Вайшнава Абхидхана», 1197-8.

46. 5 томов, Mathura: Sri Krishnajanmasthan Seva Samsthan, 1981-2. Эта книга сейчас переводится и публикуется на английском языке. [«Святые Враджа»]
47. стр. 163-171. Харидас Дас благодарит «Нитай-Гаура-лила-кахини» Харидаса Госвами за обширные материалы о ней. О.Б.Л. Тхакур (выше цит., том 1, 193-212) основывает свой рассказ, в основном, на рассказе Харидаса Даса.
48. «Гаудия Вайшнава Дживани», 169.
49. Основной источник информации, приводящейся здесь, – книга Дилипа Кумара Рая «Йоги Шри Кришна Прем» (Bombay: Bharatiya Vidya Bhavan, 1968). Также, О.Б.Л. Капур, выше цит., том 2, 124-169.
50. «Брадж ке бхакта», том 4, 133-140.

 51. «Брадж ке бхакта», том 3, 132-3.
52. См. А. К. Рамануджан, «О женщинах-святых», в (изд.) Дж. С. Хоули и Донна Мари Вульф, «Божественная супруга» (Delhi: Motilal Banarsidass, 1984 [1982]), 316.
53. «Брадж ке бхакта», 210-221.
54. «Помешательство святых», (Chicago: University of Chicago Press, 1989), 192. В сноске к этому замечанию она пишет: «Обычным ответом практикующих Вайшнавов был удивленный взгляд, за которым следовало: «Святая женщина (садхика)? Почему Вы хотите поговорить с одной из них? Посмотрите на всех этих святых мужей. Намного лучше поговорить с ними». Ни один из собеседников не смог или не захотел назвать конкретную женщину, с которой можно было бы пообщаться».